Название: Хозяйка Хогвартса
Автор: Leka-splushka, aavdee
Главные герои: Основатели
Рейтинг: РG-15 (простой такой быт и нравы)
Жанр: юмор, приключения
Тип: джен
Размер: Миди
Статус:закончен
Дисклеймер: Все права у Дж.Роулинг.
Аннотация: Один рыжий ирландец как-то в лесу повстречал ведьму. И они... поругались.
А школа? Школа как-то сама образовалась.
Предупреждения: времена Основателей. Наш взгляд на историю
Смерть персонажей (ну, вообще-то все, кто читал канон и бывал на Поттервикии, знают, кто там и когда умер).
Автор: Leka-splushka, aavdee
Главные герои: Основатели
Рейтинг: РG-15 (простой такой быт и нравы)
Жанр: юмор, приключения
Тип: джен
Размер: Миди
Статус:закончен
Дисклеймер: Все права у Дж.Роулинг.
Аннотация: Один рыжий ирландец как-то в лесу повстречал ведьму. И они... поругались.
А школа? Школа как-то сама образовалась.
Предупреждения: времена Основателей. Наш взгляд на историю

Смерть персонажей (ну, вообще-то все, кто читал канон и бывал на Поттервикии, знают, кто там и когда умер).
Даже отправляясь на судебную тяжбу по поводу Хогвартса, Салазару пришлось отдельно идти на поклон к владетельнице. Хотя ведь казалось бы - умная же женщина, могла бы и догадаться!
- Ровена, сделай портал. Ровена! Послушай, если хочешь, я уступлю тебе честь общения со старыми пеньками из Витенгемота!
Не отвлекаясь от книги, леди зачаровала перо и протянула Слизерину. Тот постоял молча, раздувая ноздри, но потом не выдержал и взорвался:
- Да что же такое?! Я устал за тобой бегать! Если тебе это совсем ничего не стоит, научи людей! В общем так, завтра я приведу тройку толковых пацанят, как хочешь, но чтобы эти чары и несколько других они знали.
- И нескольких девочек обучи эванеско, я просто зашиваюсь, - вздохнула Хельга.
Картинно взмахнув полами дорожного плаща, Салазар поспешил к спутникам (ведь попросту неприлично предстать перед мудрецами без сопровождения).
Неприятные ощущения от перемещения порталом, зато быстро и сапоги не в пыли.
Перед витанами* хогвартцы оказались почти сразу по прибытии.
И, разумеется, дело выиграли. Как же иначе.
Ровена собрала все необходимые документы, какие только могли понадобиться на суде.
Салазар был велеречив и громкоголосен.
Свита делала, что ей и положено. Внушала. Слизерин специально подбирал самых напыщенных балбесов. В смысле - баранов. Да что такое?! Баронов!
И, конечно же, эти оговорки никак не связаны с некоторыми взаимонепониманиями между баронами и любвеобильным скальдом. Леди и придворные дамы абсолютно свободны в своем выборе, а зависть - недостойное чувство.
Справедливости ради стоит признать, что выиграли при помощи маленького лукавства и с небольшими оговорками.
Попросту говоря, Салазар объявил, что детей никто не крал, их всего лишь пригласили в школу для обучения колдовству и чарам. Дело нужное, а то просто стыдно перед предками. Где маги уровня Мерлина?! Кого будут прославлять потомки? Босого на левую ногу Годрика?
Да, дело хорошее. Но и помощь молодым основателям школы просто необходима. И мудрецы эту помощь предоставят - внесут денег, кому сколько не жаль... э. Посильный вклад, да. А взамен - сущий пустяк: уверенность в том, что в замке действительно школа, а не армия. Потому знания проверять будут не учителя, а несколько витанов, из числа знатнейших и мудрейших. Вот, как решите, что научили детей всему, чему могли, так и проверят. Ну и в первые года чаще будут заглядывать - советом помочь, может, мудрость передать отрокам. У Слизерина сводило скулы, как от кислого, но не улыбаться было нельзя. Сметут. Они в замке нападения клана Уизли опасались, а против всего совета и подавно не выстоят. Так что соглашаться на проверки, кивать, улыбаться, разводить руками на упреки, что набрали крестьянских детей и только их. Не идут в школу аристократы. У каждого уже наставник личный, гонор непомерный. А крестьянские дети просты - от приглашений не отказываются, да. Посильные платы - хорошо, но неплохо бы, чтобы витаны, в своей великой мудрости, хоть по сиклю за голову платили школе - крестьянские дети не только травы на зелья переводят. Их еще и кормить-одевать приходится. Разумеется, школа, пока существует, будет обязана. И учителей было бы неплохо побольше. Для школы. Помогите, мудрые витаны, кто чем может - средствами на зарплату или личными астрономами-рунологами.
"Пока существует", - ехидно улыбался Салазар, направляясь к выходу. - "Долго ли такая убогая задумка протянет? Кому нужна школа в прогрессивный век наставничества?"
- Салазар, постой! Мудрецы на словах просили добавить. Неофициально.
- Огорчай, Киф.
- Ну, ты это, орел, конечно. Но другой раз за школьниками сперва почтовую сову с приглашением высылай, обещаешь?
- Пока школа существует, да будет так!
Кто поразумнее - сбегали сразу по "важнейшим делам". Обычно, на кухню. Были и "блаженные", которые сидели, слушали. Даже, бывало, на посту принимались эту самую теорию магии развивать дальше, строить предположения и расчеты. В некоторых бойницах камни были уже расписаны не матерными словечками, а формулами заклинаний левитации.
А один идиот, названный в честь великого Мерлина (родители его, видимо, были большими оригиналами), даже попробовал применить свои расчеты на практике и долго летал вокруг замка - ловили всем гарнизоном, а после месяц искали возможность чары с него снять.
Этот Длинножоп был настоящим проклятием. Он спотыкался на ровном месте, совершенно не умел летать на метле, а в зельеварню Слизерин запретил пускать его, и его потомков до седьмого колена. Может, после Длинножопы будут более способны к зельям. Пока же - замок было жаль.
Самые взрывоопасные образцы Салазар сохранил. Так, на всякий случай. Вдруг - осада. А они на врагов или безымянную нестабильную гадость. Или целебное зелье, того же мастера - половина нападающих гарантированно сдохнет в корчах.
Годрик по-пьяни все пытался выяснить у бедолаги - почему тот не взял фамилию жены? Уже его сыновья были бы удобосказуемого рода. Мерлин что-то объяснял. Сами понимаете, как это характеризует умственные способности Мерлина. Объяснял. Пьяному Годрику. Да-да.
В то утро Длинножоп дежурил на мосту.
Он должен был предупредить Слизерина в случае появления подозрительных личностей, гостей, непонятной активности или бесхозной живности (коровка Малфоев так привыкла, что ее гоняют туда-сюда, что иногда прибегала сама).
- Только не в мою смену! Только не в мою смену! - мямлил Мерлин, тиская в руках слишком тяжелую для него секиру.
- Длинножоп! - прикрикнул Слизерин, неслышно оказавшись за спиной. - Что ты тут бормочешь? Не смей улетать с поста, негодяй! Больше ловить не будем!
- Д-да, господин.
- Я отправляюсь в рощу. Если ты тут что-то начудишь, подай знак искрами. Я тут же вернусь и откушу тебе голову.
- Д-д-да, господин!
Не успел Змеиный Язык скрыться в священной роще, как к мосту аппарировала группа волшебников. Богатые, толстые, важные. С отроками-наследниками, которых привезли для обучения в школе. Длинножоп подергался туда-сюда, как птица в силках. Злоязыкого зельевара он боялся до судорог. А вот Годрик, хоть добряком и не был, внушал уважение всем обитателям замка.
Мерлин прислонил тяжелый топор к перилам и припустил за Гриффиндором.
А то ведь точно откусит голову, колдун проклятый!
Слизерин шел, внимательно вглядываясь под ноги. У него появилась новая идея насчет фамилиаров, и срочно захотелось поймать пару змеек и проверить свою теорию. Суету у моста он благополучно прозевал, хоть отсутствовал всего-ничего. Не больше часа.
Креббы и Гойлы. Семействами.
Их наследников не согласился взять ни один наставник. Даже за запредельную сумму, которую вслух и выговорить жадно, не то, что заплатить кому-то. Не нашлось наставников. Даже шарлатанов не нашлось на этих детинушек.
"А нам ведь бесплатно их привели! Мерлин дери Салазара Змееязыкого!" - подумал Годрик, нацепляя самую придурковатую улыбочку, на которую был способен. И тут вдруг представил, что крепких, но тупых ребят поручат обучать именно ему. А что? Та же Ровена скажет, что не чародеи и не травники, а идеальные керны. Представив, как он будет учить дуболомов трансфигурации (а ведь их потом надо родичам вернуть живыми и не сильно покалеченными) Гриффиндор пришел в ужас.
- Значит, школа. Ну, принимайте учеников. Как у вас тут все устроено? - оглядывая замок, словно собственный хлев, спросил Грегори Гойл.
И не прикопаешь мерзавца по тихому под осинкой - кельповы гости Малфоевы йомены***.
- У нас все серьезно, - принялся врать на ходу Годрик, пропуская гостей в замок. - Четыре факультета, распределение. Есть ритуал. А вот - староста Слизерина. Мерлин Дл... гм. Мерлин, проводи гостей.
Длинножоп, запинаясь через шаг и не рискуя после Годрикового выговора бросать секиру, повел высоких гостей в обеденный зал, изо всех сил стараясь не сутулиться. В это время Годрик, подождав, пока они завернут за угол, бегом припустил к Ровене. Ну, или хоть Хельгу найти!
- Ритуал? - ужаснулись дамы, откладывая рукоделие. - Ты с ума сошел! Чтобы выдумать торжественный ритуал, нужны недели! Месяцы!!! Годы!!!
- У нас пять минут, пока Длинножоп ведет их в трапезную.
- Это невозможно!
- Ну...
- Вина и закусок мы прикажем подать. - решительно встала Хельга, жестом отправляя выполнять поручение самых сообразительных дам. Дамы, подобрав юбки, побежали за служанками.
- Ну, хоть так. Задержите их еще минут на пятнадцать, а я сейчас.
"От большого ума - больше вреда. Гораздо больше, чем пользы", - думал Годрик, пробуксовывая на повороте и отталкиваясь рукой от стены. - "А Хельга - умница. Сразу организовала девиц за окороком, сыром и хлебом. Все добродушнее к нам отнесутся гости, чем на пустой желудок".
Годрик добежал до нужной комнаты и открыл сундук. Его тут же оглушили вопли шляпы.
- Ты тут это... Как ты тут, мое создание? В уме не повредилось?
- У меня твой ум. Не в чем повреждаться.
- Зарраза.
- Я так понимаю, что-то нужно от меня? - дыра у тульи изогнулась, обозначив презрительную усмешку.
- Надо это... надо сказать, что так, мол, и так, а школьники избираются на факультет Слизерина Змеиный Язык.
- Так и говорить: "Так, мол, и так"? Или, прямо, как есть можно сказать? Про школьников... - мерзкое творение препохабнейше подмигнуло дыркой тульи.
- Ты не зли, не зли меня! - рыкнул Годрик, наконец переводя дух.
- А что будет? Уничтожить ты меня не можешь, мы это уже выяснили.
- А что, понравилось в сундуке сидеть? А я пообещаю, что все распределения будешь проводить.
- И читать всем висы. Первую - тебе посвящу.
- Вот уж хрен!
- И распределяй сам. Так, мол, и так.
- Ах ты, тряпка половая! Да я тебя... я тебе...
- Ну? Что?
- Валяйся тут впотьмах! Или... - тут Годрика осенило. - Или я тебя Ровене отдам. Для изучения и опытов.
Шляпа притихла.
- Ну хоть маленькую вису... А? Коротенькую...
Тут задумался Годрик. Можно было бы поторговаться... Только время... время поджимало.
- Хорошо. Ладно! Короткую вису раз в год.
- Перед каждым распределением!
- Раз...
- А тогда... Я тогда всем поровну распределю. И тебе, и Ровене - не только Слизерину.
- Все, некогда нам спорить!
И непочтительно подхватив шляпу, Годрик побежал обратно.
- Но Гойла и Кребба - только Слизерину! - пыхтел он на бегу. - Я твой создатель, так тебя и так!
Перед Большим залом он затормозил и завернул в тесную комнатенку, чтобы прихватить там торжественный парадный стул для шляпы. Чтобы все было... парадно.
В комнатенке было неожиданно тесно и людно. Высокие гости, вместо того, чтобы жрать окорока и наливаться вином, топтались на месте. Длинножоп трясся в углу.
Ясно. Этот тупица заблудился, но признаваться гостям боится. Салазар бы его за такое по хребтине вытянул.
- Ну, собрались ли отроки с мыслями, Дл... Мерлин? - сориентировался Годрик. Что отличало воина от той же Ровены, так это умение мгновенно принимать решения.
- Са-собрались, господин Гриффиндор.
- Отроки, Хогвартс надолго станет вашим домом. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей*. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета*. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин*. Не посрамите честь факультета Сли... на который вас распределят. Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами*.
Чинно и неторопливо прикрыв за собой дверь, Годрик снова перешел на рысь - надо удостовериться, что столы накрыты и все готовы. С перепугу он прихватил не резной стул, а какой-то убогий колченогий табуретик. Ладно, так сойдет. Трансфигурирует его на месте в шикарный дубовый трон.
В зале дамы пребывали в состоянии, близком к истерике.
- Годрик! Длинножоп потерял витанов со всеми семействами! И сам потерялся, скотина!
- Я их нашел! - гордо выпятил грудь Годрик, сам себе удивляясь - каким Мерлиновым чудом он вломился в ту каморку, вместо того, чтобы трансфигурировать кресло прямо из камней пола?
Он поставил табурет, небрежно бросил на него шляпу, удостоверился, что еда на столах и окинул взглядом присутствующих.
Тут дверь распахнулась, и вломился Салазар, со змеей на руках.
- Я этому Длинножопу его секиру в зад засуну! Этот выродок оставил пост! Не иначе - улетел в небеса, сын пса войны, лакающий козье молоко на холме йотуна!
- Тихо, тихо! Он тут. Как раз с йотунами, ага. Витаны решили отдать нам детишек на воспитание.
- Нет, - мгновенно побледнел Салазар. - Скажи, что это не Креббы и Гойлы.
- Ладно, стой тут, сейчас начнется распределение.
- Что за распределение? - озадачился Слизерин.
- Торжественное.
Годрик из камня стены трансфигурировал дверку приблизительно в каморку и решительно шагнул внутрь. Оттуда донеслись изумленные вскрики.
Гости строем вышли в трапезную. Мужчины Рода сразу оценили столы, прикинули литраж кувшинов с вином и нетерпеливо нахмурились.
Шляпа прокашлялась.
И спела свою вису.
Да такую, что леди Ровене пришлось в тайне от гостей накладывать на Салазара парализующие чары.
- Гойл, Тревор! - выкрикнул свое имя старший мальчишка и нахлобучил на себя шляпу.
- Слизерин! - почти мгновенно выдала она.
Ровена обновила парализующее и дополнительно наложила чары немоты.
-----------
***Йомены, йоменри (англ. Yeomen, Yeomanry) — в феодальной Англии свободные мелкие землевладельцы, которые, в отличие от джентри, самостоятельно занимались обработкой земли, хоть и в разной форме, все йомены находились в манориальной (поместной) службе при короле или крупном феодале.
*канон
- Лебедь! Зачем же ты поселила отрыжку йотуна в соседние со мной покои? Это оказалось неприятной неожиданностью. Длинножоп у меня, оказывается, староста. Он пусть и бдит.
- Подумалось, что это самое безопасное место. Можно еще сделать подземный ход, чтобы в случае нападения тайно вывести детей, не прибегая к волшебству. Сам знаешь, иногда простые способы - самые надежные.
- Безопасные, - проворчал скальд. - Этих троллей ни одним громом не расшибешь!
Гриффиндор гадко хихикал, вызывая желание подраться. Но драться с ним... эх, а нид таким ранним утром совершенно нет желания складывать.
- Годрик, - обратила на себя внимание леди Ровена. - Я бы хотела поговорить про названия факультетов. Почему нашими именами? Факультеты стоило назвать возвышенно!
- Или в честь местночтимых святых. Покровителей воинов, лекарей, земледельцев и иконописцев, - важно произнес священник, воздев палец к отсутствию потолка.
- Леди, - Годрик явно напомнил себе, что сейчас обращается к владетельнице замка. - Какое возвышено?! Над возвышенным названием думать надо год. Или два. Все пришлось решить у моста. Взирая при этом на рожи наших дражайших соседей, да будут тучными их коровы и резвыми - кони. - Он потянулся за ломтем хлеба. - Ладно, в конце-концов, все это временно. Кто, кроме этих достойных витанов решит воспользоваться нашими услугами? Ну, серьезно! - промычал уже с набитым ртом и не обратил внимания, что Слизерина с чего-то разобрало загадочно ухмыляться.
Сразу после завтрака, отправив своих учеников к Ровене за азами чароплетения, Салазар напутствовал своего "старосту" и аппарировал в неизвестном направлении. А Годрик забеспокоился. Змеиный Язык ненормально мстительный. Так нельзя.
Собственного замка у Уизли не было. Был дом за двумя кольцами валов, а рядом с домом свинарник и пристройка для рабов.
Не было у них и несметного числа воинов-магов. Если бы не случай, глава ни за что не решился бы напасть на Рейвенкло. Теперь же... Теперь мужчин и вовсе почти не осталось. Слишком многие были убиты кернами Гриффиндора. Еще больше погибло, отражая нападения прочих соседей, почуявших слабину клана.
Во главе встал внук. Слишком юный и глупый. Благополучие - да что там, само существование клана - было под угрозой.
Уизли с ужасом ждали последнего, сокрушительного удара из замка Рейвенкло. И откупиться им нечем. И некем. Не подойдут их рыжие девы для выкупа, когда в замке есть красавицы-ведьмы. И тут у ворот появился Слизерин. С почтовой совой.
Сова принесла в замок непонятное письмо-приглашение в школу волшебников и чародеев "Хогвартс".
Сопливый "глава" сперва приказал прямо сразу и без разговоров напасть и отрубить визитеру голову. И матушка еле уговорила сына не губить оставшихся воинов в битве с Салазаром. Было решено зазвать гостя на переговоры и по возможности замириться. В крайнем случае, голову можно отрезать и потом, когда Слизерин домой соберется.
Нехотя, мальчишка согласился. И почти сразу понял, чего подсознательно боялся, что заставило настаивать на убийстве, а не на переговорах. Змеиный Язык - он змеиный язык и есть. Да еще какой! Наловчившийся при королевских дворах общаться. Такой в глаза тебе глядит, говорит что-то, а не понять - виса это или хульный нид?! Келен Уизли злился, скрипел зубами, хватался за изукрашенный меч. А Слизерин нагло ухмылялся в лицо и поигрывал волшебной палочкой. Он уже успел оценить, что не осталось - совсем не осталось - у Уизли мужчин-магов, способных противостоять хотя бы ему (он, разумеется, воин не из последних, но Гриффиндору проигрывал девять боев из десяти). Так что, если не пойдет разговор, достаточно будет аппарировать прочь и сообщить кернам, где ждет пожива. Пока соседи лихие не набежали.
Понимали это и женщины клана.
И женщинам виделась надежда в предложении Салазара.
Им опротивела бойня. Они устали хоронить своих мертвых. Если для того, чтобы замириться с Рейвенкло, нужно отдать в заложники нескольких сынов, что ж. Да и не хоронить их, не проклинать и не терзать будут, а учить достойно магическим искусствам. Сам Келен о наставниках и не думал - все сбережения семьи уходили на наемников и на еду для наемников.
Тем не менее, именно Келен встал, чтобы отказать гостю и скомандовать воинам атаку. Встал и тут же получил затрещину от матери.
- Молчи! Прокляну!
И он смолчал.
- Возьму я Артура, Бодрика и... - скальд усмехнулся, - и Келен по годам подходит. Да и по норову его поучить взрослым мужам не худо.
Мальчишка вскинулся и схлопотал еще один подзатыльник и заклинание немоты от матери.
- Поучи, великий Салазар! Тебе лично вверяем наследие Рода.
- Э, нет! У нас школа, самим Витенгемотом одобренная и оцененая. У меня уже есть ученики из детей мудрецов. А решается все на торжественном распределении. Факультета четыре. Куда распределят, туда и распределят, я тут возражать не стану.
Женщины покивали. Вот как, оказывается. Витенгемот уже на стороне Рейвенкло. Конечно, куда уж теперь им, Уизли. Надо соглашаться поскорее, пока Салазар совсем не передумал.
- Поучите! Доверяем вам, как себе! Не пожалейте колотушек!
- Ждите здесь, набирайтесь мудрости. Когда все будут готовы, я за вами вернусь. Проведем ритуал отбора, - и Змеиный Язык, прихватив трехногий стул, скрылся за дверью.
- Ритуал отбора? - дрожащим голосом протянул Бодрик. - Я не хочу... А вдруг, они заставят нас сражаться с троллем?
- С троллем, так с троллем, - осадил семилетнего братца Келен. - Ты - Уизли, веди себя достойно! Нам не пристало показывать страх перед врагами!
Слизерин же приманил своего гомункулюса. Дрожащая тварюшка была послана собирать всех причастных в трапезной. Подвернувшийся по дороге Длинножоп - отправлен на кухню, приказать накрывать пир в честь распределения.
А сам скальд ворвался в комнату, в которой лежала шляпа. Чуточку посомневавшись, он открыл сундук.
- ...ивияяяаааа! - донеслось оттуда. Салазар поморщился громкому голосу и невозможной ноте. Гриффиндор сотворил что-то противоестественное. Противное самой природе.
- Не верю счастью! Распределение? Так скоро?! Я посвящу драпу...
- Ты распределишь Уизли на Гриффиндор. Всех троих.
- Троих?..
- Кровь за кровь.
- Но как можно! Я обещала, что буду распределять поровну!
- ПОРОВНУ???! - шляпа дернулась в руках скальда, уже не так уверенная в своей неуязвимости. - Зловонное чрево...
- Но я обещала!
- Если ты, капля козла Всеотца в меде великой поэзии, только заикнешься мне о чести и справедливости, я ославлю тебя на весь свет, как самого отвратительного скальда из живших, живущих и грядущих, такого, которого и слушать опасно.
- Но... Не все ведь тебе поверят, да? - с надеждой спросила шляпа.
- Поверят. Ты же вещь, а я уже признан и уважаем. Мне - поверят. Так, что?
- Хитрый и коварный, злоязыкий змеиный язык, которому в пищу лишь собственный яд годен! Да! Да, я отправлю всех Уизли на Гриффиндор! Всех, сколько ни на есть!
- Отлично.
В большом зале все уже собрались.
- Так они тебя слушаются?! - уперла руки в боки Хельга.
- Кто? Гомункулусы? Конечно, слушаются. Я же их создал, - равнодушно пожал плечами Салазар.
- Так зачем же мы их убивали?!
- Годрик бошки собирал, ты и Ровена - просто веселились. А что не так?
- Салазар, ты... ты...
- Спокойно, Лебедь! Слушайте и не говорите, что не слышали. У нас новые ученики. Я замирился с родом Уизли. И нет нужды теперь бояться их нападения. Они не станут мстить.
- Что? Как так? Не мстить за кровь? Ты дал им виру?
- Нет, так сговорился.
- Бесчестники! Предатели! Как можно не мстить за кровь?
- Тихо. Ровена, ты не могла бы?
Тихо улыбнувшись, Ровена наложила на Годрика заклинание немоты.
- Керн, ругать надо главу клана. А к нам прислали детей, - подошла к нему с другой стороны Хельга, и Годрик сдулся. Да, это бесчестие - просить ответа с малолетних Уизли.
Слизерин открыл трансфигурированную Годриком дверь, и оттуда выбрели мальчишки - один меньше другого. Но все рыжие, с отчаянно-дерзким взглядом синих глаз.
Вот проклятое семя!
Шляпа будто бы и не радовалась, когда пела свою вису. Посвятила она вирши Салазару. Хоть тем порадовав своего создателя.
Но вот когда мальчишки по-старшинству садились на стул...
- гриффиндор.
- Гриффиндор!
- ГРИФФИНДОР!!!
- Что?! - заклятие немоты Годрик сбросил, даже не заметив. Заливаясь счастливым смехом, Салазар вовремя достал свою волшебную палочку.
- Драться - на улицу! - сразу же приказала Хельга и повела детей к столу. Да, они - те самые Уизли. И что? А у нее сын. Она знает, каково сейчас матерям этой троицы.
"Везет Слизерину!" - думал Годрик. - "Мальчишки, конечно, тугодумы. Зато, одеты, обуты, худо-бедно азам наук их матери обучили. А главное, волшебные палочки есть у всех. Клан Уизли же - и как они раньше не заметили? - совершенно вымотало их недолгое противостояние. Соседи их грабят уже совершенно без оглядки. Пока еще они замирятся со всеми, свадьбами мир закрепят... Да и все равно, былого уважения и силы клану не вернуть. За кровь мстить не стали - такого соседям никогда не понять. Придумают какую-то дразнилку, да на тысячу лет и приклеится. Типа, "предатели крови". А что? Мстить не стали. Значит, предали тех, кто ушел безвозвратно".
Хотя... Годрик ловил себя на крамольной мысли, что вполне понимает женщин клана. Смерти, голод... Он сам не хотел продолжения вражды и с радостью принял мальчишек в ученики-заложники, хоть виду, разумеется, не подал. Не поймут. Он сам себя не понимал. Стареет что ли? Вроде бы, маги живут дольше маглов. Лет до семидесяти-восьмидесяти доживают, да еще в бой годны идти. Так что рановато для старости.
Мальчишки, вверенные его заботам были щуплые, веснушчатые и... не нищета, но несомненно уже жалкие остатки былого комфорта. Одежда добротная, но отцовская. А волшебных палочек и вовсе нет. Келен (глава клана, а как же) хвалился ковырялкой какой-то, но такая даже в носу вертеть не пригодится: занозы вынимать трудно. Была у него палочка из ясеня и волоса единорога, отцовская. Глупость матери это и ни что иное - давать сыну мертвую волшебную палочку.*
Нарезать прутьев да рассовать компоненты - дело нехитрое. Рукояти к палочкам может и Гринхук сделать. Но какая-то палка выберет себе годного мага? А остальные куда? У них школа, а не склад древесины. И не любил Годрик занудное монотонное дело. А изготовление волшебных палочек - как раз таковое. Потому керн и обрадовался новому гостю.
Гость пришел ранним утром. Как раз к первому завтраку.
У моста дежурил Гай. На папашу, желающего пристроить слабосильных чад в школу забесплатно, визитер не походил, так что в большой зал гриффиндорец провел мужчину без страхов и сомнений.
- Мистер Оливанд...дыр-дыр баум, с вопросом! - крикнул Гай от двери, позабыв за время дороги имя гостя и понадеявшись, что если кричать невнятно, то и так сойдет. Не сошло.
- Оливенбаум, юноша, - въедливо поправил посетитель. - Мастер волшебных палочек. И у меня-таки есть выгодное дело до хозяев этой школы.
Годрик и Салазар молча переглянулись и обернулись к Хельге, уведомив ее:
- Мы с тобой.
- Почему со мной? - Хельга недоуменно посмотрела на Ровену. Леди Рейвенкло безмятежно приподняла бровки:
- А с кем же? Милая, а кто же у нас хозяйка школы? Да и замка, если на то пошло?
- Ты. - Хельга ни на миг не усомнилась в ответе. Ровена только расхохоталась, словно услышала невероятно смешную шутку. - Ну не Годрик же! И не Салазар. Или вы тайно обвенчались?
Гриффиндор, который спешно дожевывал мясо, подавился. Слизерин смачно хлопнул соперника-приятеля по спине и пододвинул кубок.
- Я все еще леди Рейвенкло. Уж на свадьбу я бы всех позвала.
- Да и волхв твой перестал бы нудеть про грехи тяжкие, - скривился Салазар.
- Вот скромность и смирение, достойные христианки! - воздел палец старик, сидевший над миской пустой каши. - Ибо давно уже держит ключи от замка, но не возгордилась. А жидовина гоните прочь, - и он обличающе ткнул пальцем.
Маг в дверях поджал губы.
На переговоры, чуть поспорив, пошли впятером. Вредный священник увязался, а дамы не позволили ему отказать.
Мастер палочек был человеком старательным, и артефактов в его торбе оказалось преизрядно.
- И ваши школьники будут с волшебными палочками, и достойные мужи из совета мудрых легко покроют расходы, и старый Гедалия Оливенбаум получит свою маленькую прибыль.
- По ценам глядя, так и не маленькую, - хмыкнула Хельга.
- А если учесть, что не имеющих волшебные палочки школьников наш наставник поведет только к вашему порогу, и никуда кроме... - Салазар ухмыльнулся, - то школе неплохо бы получать с этого небольшой процент. Совсем маленький, как ваша прибыль, не больше.
Спор был не долгим, но жарким. Особо наглеть мастер Оливенбаум не мог. Стоило ему возопить особо громко, как священник начинал бухтеть, что такого гостя надо гнать камнями и палками до самых земель египетских, а не договариваться с ним полюбовно о колдовстве богопротивном. Так что расходились довольными все, кроме священника.
- Так что, слышал, Длинножоп? Если кого поведешь за палочками, всех веди вот к этому - как там его Гай называл? - к Оливандеру, - важно скомандовал Слизерин старосте своего факультета и поспешил вернуться за стол.
Примечания:
Поттервикки. Слова Оливандера: Палочка из ясеня закрепляется только лишь за одним хозяином; первоначальный владелец не может ее передать или подарить, потому как она теряет всю силу и навыки. Эта склонность доходит до крайности, когда сердцевиной палочки является волос единорога.
Палочка из ясеня с волосом единорога была первой палочкой Рона. Фактически, бедолага колдовал деревяшкой. Мертвой деревяшкой. Мы впечатлились. А вы?
Да, впечатляет. Интересно, никто еще не писал попаданца в Рона?
Я вот подумала о трогательном сюжете про умершую палочку и ее хозяина
А соавтор потом сказала: "А не со времен ли Келена Уизли все пытаются пристроить ценную вещь, что б не пропадала?"
Боюсьпанды на кубикусе составляет мега-список всех-всех-всех попаданцев. Эпическая работа )))
Предводительствовал среди них Ксенофилиус Лавгуд - муж ученый и колдун сильный. Впрочем, в их роду слабых колдунов не рождалось.
- Дорогая сестра! - встретил Ксенофилиус Ровену. - Вот уж не ждал от тебя столь странной задумки со школой! Но раз уж ты придумала это, вот тебе твои племянники: Полис и Лисандр. Я собираюсь заняться делом, так что сам воспитывать не успеваю. А наставники не видят у самого носа простейших мозгошмыгов. После того, как я убил дурака, распугавшего моих кизляков, стало совсем непросто подыскать учителей. Ну, что тут у тебя?
Леди отдала приказ слугам устроить мальчиков со всеми удобствами, а сама повела брата, показывая отделанные хозяйственной Хельгой классные комнаты.
- Ммм! Какие у тебя кизляки! - восхищенно прицокнул лорд Лавгуд, нежно вороша листики герани. - Чем ты так их откормила? Я высаживаю фиалки.
- Откормила?! Я не знаю, чем их вывести! Я развожу герань. Слышишь, брат?! Ге-рань!!!
- Послушай, ты просто обязана поделиться со мной парочкой кустиков. Или хоть череночек любимому брату. Совершенно удивительно! Мне казалось, что у фиалок листики вкуснее.
- Не пробовала ни герань, ни фиалок. Ты всегда был слишком уж эксцентричен, дорогой братец. Быть может, отловишь себе и пару кизляков? Пару десятков кизляков.
- О! О!!! Какое великодушное предложение! У меня и сачок с собой.
Первая проверка уехала очень, ну очень довольная школой и ее обитателями.
А племянники леди Ровены остались. Они были неглупыми мальчиками, сменившими восемь наставников и хорошо разбирающимися в том, как надо учить детей. Леди Ровена решила, что свои знания им будет передавать в вечерних беседах. А днем племянники вполне могут стать учителями астрономии и нумерологии в Хогвартсе. Да и вообще, когда сам учишь кого-то, лучше запоминаешь знания.
Розита, повстречав мальчишек Рейвенкло в учительских робах, пришла к брату:
- Я тоже хочу быть наставником!
Первую пришедшую в голову мысль керн не озвучил. Сплюнул и промолчал со второй и третьей идеей. Да и четвертое предположение, самое не обидное, не стал озвучивать взбалмошной сестрице, только очень выразительно заржал.
Розита вспыхнула и топнула ножкой.
- Не считай меня дурой! Я могла бы рассказывать про висы! Про разных скальдов, про страстную любовь, про подвиги и про Мерлина! Или... или прорицания вести.
- Ага, гадание на птичьих кишках, - Годрик пригладил усы. - Замуж я тебя отдам. Вот Гай дом выстроит, и сразу отдам.
- Почему сразу Гай! Что он у тебя вечно крайний?! Я бы вот за Салазара не отказалась...
Годрик опять обидно заржал. Да так, что на глаза Розиты набежали слезы.
Оборвался смех резко. Гриффиндору вдруг подумалось...
- Девка, уж не поверила ли ты всей той чуши, что этот охальник вешает на уши своим бабам?!
- Почему чуши? Салазар меня любит, - шмыгая носом подняла на брата невинные глаза Розита.
- Я его убью. Где этот козел? Я его убью! - проревел Гриффиндор.
- Нет, Годрик, нет! Не трогай Салазара!
- Да не прикоснусь! Так убью! Издалека!
- Годрик! Годрик! - испуганная Розита не понимала, как так получилось, что разговор о ее преподавательской деятельности закончился обвинениями в разврате.
Гриффиндор опять сошелся в бою со Слизерином, но в этот раз правда была на стороне Салазара.
- Да слово даю! Я был всего лишь вежлив с девой. С ума я сошел - сестру друга портить?
- А висы читал?! - Годрик размахивал тяжелой секирой, убрав палочку подальше, чтоб не прибить ненароком приятеля.
- Да кому я вис не читал?! - изумился Слизерин, едва не пропустив удар, только в последний момент выставляя щит. Он как раз пользовался только волшебной палочкой. Ему тоже не хотелось обижать друга. Что за проблемы вечные у этих юных дев?! Одна сбежала и вредничает, другой пару раз улыбнулся, так вздохов, словно на сеновал затащил! Одна Ровена нормальная.
После боя оба знатно надрались. И в великой мудрости, какую дает только бочка доброго эля, распитая на двоих, решили пойти потребовать у Хельги твердого и однозначного выбора.
Приди они трезвыми, Хаффлпафф еще бы задумалась, а так - надавала обоим по морде и выставила вон. Еще и пригрозила протрезвить насильно или водой ледяной облить.
- Нет-ту щщастья в жиззи с ведьмой! - пошатываясь произнес Салазар.
- А ни с ведьмой - тоже нету. Ваапще нету, друг ты мой! - расстроился Годрик. - Вот Роззии-ита - ведьма слабая. А щастье хде?
- Хде?
- Вооот. А Гая она в мужья не хочет. А Бран - не дурак. Киф тоже. И Калваг. Был. Помянем?
- Да.
- Знчт, за Гая не хочт? - спросил вдруг Салазар, пока они пошатываясь брали к новой бочке эля.
- Не хо. В тебя влюбилась, как дуууура.
- Пщему, как дура?
- А че, в тя умная влюбится? - Годрик так удивился, что забыл, куда шли.
- Ты это. А пшли у нее спросим?
- Чего?
- Она за меня замж пойдет? А то Хельга не хочет, а у этой, у второй, муж.
- Он же помер?
- Ы
- Ну, пошли.
Розита пьяным до изумления друзьям тоже сперва не обрадовалась. Но когда узнала, зачем они пришли, тут же передумала.
Никаких сомнений! Салазар выпил, чтобы преодолеть робость! И Годрика споил, чтобы тот не возражал! А то вечно брат против ее счастья!
Проснулся Слизерин с больной головой и с кольцом на пальце. И дня два приглядывался к дамским ручкам, пытаясь определить - с кем же успел помолвиться за время, выпавшее из памяти по пьяному делу. Увы, ни Ровена, ни Хельга парного кольца не носили. А на ручку Розиты Гриффиндор Слизерин вообще посмотрел случайно.
Ровена только пожала плечами, не выказав никаких чувств. Хельга прикрыла глаза и попыталась отговорить Розиту от необдуманного шага, но слова подобрала неверно. Так все и осталось, как сложилось. Девушка буквально летала по замку, раздумывая, что и как готовить к свадьбе, а ее брат бдил, охраняя нравственность. На свидания Слизерин мог бы не рассчитывать, если бы не слизеринская хитрость.
Ранним утром, у всех на виду, жених и невеста перемолвились несколькими словами. Розита что-то переспросила, Салазар ее пару раз поправил. Гриффиндор не заподозрил ничего такого.
Глаза ему открыл священник. Год спустя.
А пока... Гриффиндор вел учеников в горы, в лес, на озеро или на реку, а за ним, ругаясь и проклиная все на свете, мчался Салазар - вытаскивать гриффиндорцев из-под обвала, добивать диких лесных троллей, осушать озеро и перегораживать реку, чтобы всех спасти, обсушить, напоить лечебными зельями и отругать так, чтобы в другой раз неповадно было.
И "в другой раз" гриффиндорцы не лезли в горы или реку, а выбирали новые, неизведанные опасности - вересковые пустоши с добрыми соседями, остров, населенный дементорами, руины замка с баньши в единственной уцелевшей башне...
Окрыленная внезапной идеей, Хаффлпафф потащила мальчишку к шляпе.
- А этого куда? - сморщилась тряпка.
- Этот мой, - поспешила ответить Хельга. - Было бы неплохо, если бы похожих юношей ты отправляла ко мне. И мне просто учить столь покладистое дитя, а то сама знаешь мой тяжелый нрав, и прочие мои воспитанники будут присмотрены подобным добрым старостой.
Юл зарделся и поскорее стянул с себя шляпу. С чего это его хвалить вздумали? Он и не делал ничего такого. Вот Мерлину бы примерить эту шляпу. Он, бедолага, так боится Слизерина. Может, его бы шляпа распределила на другой факультет? Или хотя бы уверила, что он на своем месте находится, и на самом деле Салазар его за лучшего ученика считает. Ну в самом деле - староста, это же не просто так, да?
Одним вечером, когда прочие обитатели замка были заняты ужином и беседой, Юл и Мерлин прокрались в комнату со шляпой.
- Тихо ты! - шикнул хаффлпаффец на Длинножопа, чья секира со страшным скрежетом проехалась по камням, высекая искры.
- Я нечаянно!
- Почему ты свой топор в караулке не оставил?!
- Я же сказал тебе! Я боюсь. Господин Гриффиндор заругается!
- Она где-то здесь. Госпожа Шляпа!
- А? О! Юные лорды захотели послушать мои висы?
- НЕТ! - вскрикнул Длинножоп прежде, чем Юл успел его остановить. Шляпа обиделась.
- Мерлин, ты идиот?
- Ты ее голос помнишь? Тут через минуту весь замок будет висы слушать.
Юлу пришлось признать правоту старшего товарища, а шляпа приосанилась, расправив тулью и затрепетав обвисшими полями.
- Госпожа Шляпа, не могли бы вы тихонько распределить Мерлина? А потом мы послушаем все висы, какие вы успеете нам спеть до прихода господина Слизерина. Честное слово! - поклонился Юл.
- И будете хвалить их! - сварливо потребовала шляпа.
- Конечно! Как же можно не хвалить?!
- Ну, хорошо! Где там ваш Мерлин? Это который? Который из легенд или Длинножоп? - шляпа гадко захихикала. - Хотя, Длинножоп тоже войдет в легенды. Наслышана уже, наслышана.
Мерлин нерешительно примерил шляпу самого господина Годрика, безмерно им уважаемого.
- Ну и зря ты так! Хам, вояка и охальник. А от кого, как ты думаешь, я все кеннинги брала?
И тут с пола послышалось угрожающее шипение - новый фамильяр Салазара, которого скальд берег от сна и смерти, увидел нарушителей и что-то там для себя решил.
Собирался ли он позвать мага или покусать мальчишек - никто никогда не узнает. Мерлин с испугу запустил секирой на звук. И попал.
- Да лучше бы я себе по ноге попал! Да лучше бы нас искусал этот змий! Да что ж такое! Ни на одной тренировке не попадал, а тут - с одного броска и насмерть! - причитал Длинножоп над трупиком. Юл молча и траурно стоял рядом, мысленно соглашаясь со всеми причитаниями.
- Надо идти к леди, - наконец решился он. - Леди Хельга добрая. Она нас защитит. Или к леди Розите - она нас спрячет.
- Точно! - вскочил на ноги Мерлин. - Ты иди к леди Хаффлпафф, а я побегу к леди Розите. Давай, давай! Не стой! Быстрее беги! Отрастил себе пузо! Господина Салазара на тебя нет!
Юл побежал за защитой, а Мерлин, сбросив шляпу, чуть подумал и, просияв, скрылся совсем в другой стороне. Он побежал не к леди Розите (та все равно была в большом зале вместе с Салазаром), а в покои леди Ровены.
- Бегите, бегите, - злопамятно буркнула шляпа, чьи висы слушать не стали. - А Длинножопы теперь только у Гриффиндора учиться будут. Он вас научит слово держать!
Ну, не так и просты хаффлы, как все о них думают ))
Расчеты свои она тщательно скрывала ото всех в замке, кроме него - Мерлина. А то! Он умеет хранить тайны. И может оценить полет мысли! Ну, и бегать на подхвате и выполнять черную работу он тоже может, конечно.
Леди решила покорить воду песка. Перевернуть песочные часы, обратить время вспять или раскрутить вперед и взглянуть на сказочные города магов будущего. Уже даже был готов первый хронос. Его надо было вращать по часовой или против часовой стрелки. Пока подопытными были только големы и почтовые совы. Но леди обещала, что скоро опробует механизм и на Мерлине.
"Так что худого не будет, если я чуть пораньше воспользуюсь хроносом. Утяну гада за хвост от секиры, спасу ему змеиную жизнь, а там он меня пусть хоть до полусмерти искусает! Все не перед господином Салазаром краснеть!" - думал Длинножоп, разглядывая артефакт и решаясь совершить прыжок назад во времени.
- Я не думаю, что зелье удачи вообще возможно, чайка ран. И уж совсем не понимаю, как оно может помочь твоему артефакту, - услышал Мерлин голос человека, с которым совсем не хотел бы встречаться.
- Ай-ай-ай! Ай-ай-ай! - запричитал он, раскручивая артефакт дрожащими руками.
- Длинножоп, что ты?..
- Мерлин, немедленно положи хро...
Это были последние слова, которые слышал Мерлин.
Это был последний раз, когда его видели современники.
- Криворукий идиот, только и способный, что взрывать зелья на занятиях!!! Ни одной тренировки с кернами не прошедший без травм! - бесился Слизерин.
- Бедненький, - вздыхала прибежавшая спасать мальчика Хельга. - Как он там выживет?!
- Все-таки удачу надо закладывать в расчеты. Но как вычислить формулу? - задумалась леди Ровена.
- А это что же, родителям и жене Длинножопа мы виру должны выплачивать? Все ж, не углядели...
- Детей заберем в школу, обеспечим всем необходимым, и ладно. Мерлин и сам виноват в произошедшем, - нахмурилась рачительная Хаффлпафф.
- Столько Длинножопов в школе я не выдержу! - простонал Слизерин. Но его предпочли не услышать.
Зарубленного фамильяра Слизерин обнаружил только день спустя, подумав, что надо бы договориться со шляпой насчет Длинножопов. В комнатке обнаружились и Ровена с Годриком. Явно за тем же самым пришли. Но разглядывали что-то на полу, не слушая вопли Гриффиндорской тряпки. Салазар пригляделся внимательнее.
- Отказываюсь верить. Проклятие какое-то! Следующего питомца заведу такого, чтобы ни один идиот его убить не смог!
- Эх, сразу видно, отроков ты недавно взялся воспитывать, - вздохнул Гриффиндор. - Пока тут школа, заведи ты себе хоть василиска тысячелетнего - все равно не поручусь, что он в полной безопасности будет от наших юнцов. Я вот почему себе у циркуса льва не выкупил? Жалко стало зверюгу. Все ж живая тварь, чтобы его в школу тащить.
- Василиска? - задумчиво протянул Салазар, явно что-то прикидывая.
- Эй! Я пошутил! Не обдумай! Что нам делать потом с таким питомцем? С зажмуренными глазами ходить?!
- Зато каков потенциал в защите. И ингредиенты интересные... - кивнула головой Ровена. Голоса разделились, и до поры до времени Салазар о василиске не упоминал.
Юлу злой Слизерин назначил отработку - слушать висы шляпы. Пять вечеров кряду.
Через три дня к Годрику пришел Дункан Мак-Лаген и передал растрепанный пергамент:
- Родичи хранили этот свиток, как гейс. Нельзя было читать его. Нельзя было его утерять или уничтожить. И нельзя не передать его, когда возникнет школа в замке Хогвартс. Передавали в моем роду этот свиток со времен Мерлина. Как только я узнал, что появилась такая школа, сразу отправился в путь. Это напутствие Четверым Основателям от Великого Мерлина.
Дамы заахали, мужчины приосанились. Леди Ровена развернула свиток, отметив подозрительно знакомое заклятие запечатывания: таким пользовались в ее семье. Неужели... неужели она - потомок самого Мерлина?!
"Господин Салазар, простите меня за змею! - начиналось письмо. Слизерин подавился воздухом и раскашлялся. Он был не единственным, кто едва пережил шок открытия. - Не ругайте Юла, он ни при чем! Я поселился в лесу, пришлось объяснять местным, что я родился раньше, чем, видимо, умру. И живу против течения времени. Они ничего не поняли. Зато я сказал им, что обучался на Слизерине, был старостой факультета, и меня теперь считают великим магом. Честное слово, я не варю зелья и не позорю Ваше имя. И часто благодарю за науку господина Гриффиндора. Выломал себе посох и бью им по голове самых тупых. Пользуюсь посохом куда чаще, чем волшебной палочкой. Вспоминаю жену и детей. Очень прошу, позаботьтесь о них!
Ваш Мерлин Длинножоп".
Дункан, решивший, что письмо было сложным образом изложено так, чтобы непосвященный ничего не понял, с интересом оглядывал людей, застывших в молчании.
- Эм. Ну, хоть понятно, почему потомки не сохранили фамилию Мерлина в веках, - попыталась скрыть смех за кашлем Хельга.
- Чтобы я еще поверил этим идиотским легендам о чьем-то, кроме моего, величии?! - бушевал Салазар.
Леди Ровена что-то быстро записывала на листе бумаги.
- Ладно, - повернулся Годрик к сестре. - Будет тебе должность при школе. Станешь рассказывать баллады и прочую чушь воспитанникам. А то этот дурень, кажется мне, так и не понял, что именно он тот самый Мерлин и есть!"
* кеннинг - поэтическое описание, разновидность метафоры в скальдической поэзии.
спасибо!
- Я? Я тут! Я бегу! - к Салазару и Хельге кинулся подросток невысокого роста, уморительно нескладный и недотепистый. Упал, поднялся, поднырнул под руку проходившего мимо рабочего, запнулся о собственные ноги и подбежал, счастливо улыбаясь щербатым ртом. - Я тут!
- Ланселот? Серьезно? - переспросила Хельга, вглядываясь в мальчика. - Ты из новеньких?
- Да, леди! Я Квентин Кэдоган! Сын мельника. Я обязательно стану рыцарем! Выучусь в школе и стану!
- Но... Почему тогда Ланселот?
- А что? - фыркнул Салазар. - Если уж Длинножоп смог, то и этот сможет. Они просто близнецы-братья, ручаюсь. Зато, с твоим Юлом сдружились. Я доволен. Может, Юл меньше станет старика слушать. Не нравится мне этот магл. Он магию не любит.
- Ну что ты говоришь? Что значит - "магл не нравится"?
- То и значит! Ланселот, теперь беги обратно и скажи гриффиндуркам, что они втыкают саженцы не той стороной. Понял? Вперед!
- Да, господин!
- И когда тебе надоест издеваться над юношами?
- Лебедь моя, вот когда ты решишь выслушать одну вису...
- Бедные мальчики, - вздохнула Хельга вроде бы шутливо и поспешила уйти. Ей очень захотелось сделать Квентину что-то приятное. Может, уговорить Годрика подарить смешному рыцарю ирландского пони? В смысле - хобби? А что, и по росту, и вполне по-рыцарски. Кто скажет, что Гриффиндор недостаточно суров и мужественен?!
Келену было очень трудно в Хогвартсе. Пожалуй, его бы понял Мерлин (пока был в замке). Но и тогда Мерлин оставался воспитанником Слизерина, а Келен отторгал все, что так или иначе связано со Змеиным Языком. Так что никто не мог понять Келена Уизли.
До школы он был не просто мальчишкой. Глава клана. Он отдавал приказы и нанимал взрослых воинов-наемников. Он руководил, он почувствовал себя ответственным и обязанным. Первым. Он сидел во главе стола и получал первые куски... Когда его впервые высекли за провинность, как какого-то щенка сопливого, навроде Бодрика, это было... это было унизительно. Стыдно, больно и нечестно. Он - взрослый! Он глава клана! Он не может отвечать на вопросы наравне с малышней!
В день наказания Келен спрятался ото всех. Залез на чердак к воющему упырю-голему и прорыдал там весь день. И нашел убежище очень удобным. За воплями и стонами голема тихий плач главы клана Уизли точно никто не слышал. Не хватало еще.
А плакать приходилось довольно. По сравнению с Лавгудами, он казался сам себе невероятно тупым. По сравнению с кернами Гриффиндора - слабым и беззащитным. Они видели кровь, воевали в настоящих сражениях, а не как он - крутившийся по кругу, отражая нападения соседей, похожие не на волны битв, а на комариные укусы. Или, скорее, на нападения волчьей стаи на овечью отару. Выпад, выпад! И овечек все меньше, а хищник, взвалив очередную добычу на плечи, уже убегает в лес. По сравнению с Юлом, Келен казался себе завистливым и корыстным уродом. Только слизеринцев можно было ненавидеть, зная, что те ни в уме, ни в воинской выучке не превосходят. Но зато слизеринцы были богатыми. И на фоне их расшитых одеяний его дедовский плащ смотрелся тускло и убого.
Первым быть нелегко. Главой клана быть страшно. Страшно осознавать ответственность за всех и каждого. Но куда труднее оказалось спуститься с помоста, вновь встать вровень с мальчишками. Участвовать в их простеньких играх. Получать наказания и воспитательные тумаки.
И Келен чувствовал себя посредине мира. Он не мог приказывать, но и подчиняться, молча терпеть уже не особо получалось.
Хозяева замка только чему-то улыбались и назначали наказания.
Надо сказать, розги применяли редко. Леди Ровена велела помогать с нуднейшими отчетами по замку и ленным деревенькам, вождь-разбойник Гриффиндор заставлял заучивать трансфигурационные чары, управлять людьми, занятыми на ремонте стен, тренироваться с самыми сильными, заведомо непобедимыми воинами. Леди Хельга отправляла к зануде-старику, который трепал языком о своей вере. Это было невыносимо, но приходилось молчать, терпеть и кивать.
В своем дому он никогда не слушал зануд. Сразу приговаривал либо к розгам, либо мог приказать умертвить, если это был бы захожий, ненужный, опасный человек. Но приказа о смерти (до визита Слизерина) отдать так и не пришлось. Теперь, отведав розог не от руки добрых наставников, побаивающихся строго карать наследника клана, Келен думал, что и к счастью не успел отдать страшного, непоправимого приказа.
Отдушиной стало появление в замке Дункана Мак-Лагена. Непробиваемый, невозмутимый шотландец не желал знать о том, что кто-то хочет сидеть по углам, дуясь на весь свет. Он быстро подружился и со слизеринцами, и с хаффлпаффцами, и с Келеном. Звал на охоту, на рыбалку, на состязание по бросанию камней, уговаривал поиграть в креотценн*.
Но ловить камни собственной головой отказывался даже тугодум Кребб.
Полетать на метлах, однако, хотелось.
С другой стороны, он, Келен, все еще глава клана Уизли. И мальчишеские забавы ему не подобают (ну, это он тогда так думал).
Немного поразмыслив, Келен нашел выход. На метлах они летали к болоту Квирдитч и играли там, сначала просто перебрасывая друг другу тяжелый кожаный мяч. Но потом, препираясь и отстаивая свое мнение, строя схемы и планы, они все сильнее усложняли игру, правила менялись, Дункан сумел-таки протащить свои дурацкие валуны. Все шотландцы - без мозгов! (Еще бы! С такими играми!). Только теперь валуны не падали с неба, а были зачарованы гоняться за игроками. Жутко интересно оказалось!
Снизу за ними периодически наблюдали ведьмы. Келен не знал, что их привлекает больше - азарт игры или килт МакЛагена?
Ведьмы были старые (лет по тридцать) и злые. Гойлу, случайно закинувшему мяч на капустную грядку, одна из ведьм заколдовала колени так, что ноги стали гнуться в обратном направлении. И на метле он, получалось, сидел коленями назад. В принципе, играть им это не помешало. А вечером Хельга все вернула, как было. Хоть и ругалась, что сразу не пришли.
На следующий день они полетели играть, несмотря на сильный ветер. Назло старухам.
Набрали мячей побольше и метили специально в кочаны покрупнее, а обратно призывали мячи манящими чарами, уворачиваясь от проклятий с болота. Игра получилась не совсем та, но тоже вполне интересная. Впрочем, скоро они вернулись к прежним правилам, когда кожаный мяч было необходимо закинуть в древесные воротца, уворачиваясь от летающих бездельников*.
Жизнь налаживалась. Келен больше не чувствовал себя маленьким беспомощным чужаком в огромном замке.
А на занятиях Уизли увлекся оживлением неживого. Они с лордом Гриффиндором и Гринхуком-кузнецом создавали доспехи и наделяли их псевдо-жизнью, умением распознавать опасность и защищать замок по слову владельца.
Получилось, что лучших сторожей придумал Годрик. И была это трансфигурация - простейшая анимация каменных горгулий и пустых, громыхающих доспехов - ничего особенного.
- О, ну наконец-то ты наколдовал что-то, что молчит, - разумеется, подметил Змеиный Язык. Чтобы он да смолчал? Скорее небо упадет на землю, чем Слизерин откажется высказать всю правду сопернику в лицо.
- Это скорее Уизли придумал, - предпочел не заметить подковырки приятеля Годрик. - Парень - просто талант. Он и с упырем на чердаке подружился. Ровенин дух, пожалуй что, будет скучать, когда Келен отправится домой.
- Не заскучает. Тут и так многовато Уизли останется.
Bludger - англ. - бездельник
Во всяком случае, в первое время. А вот потом святой отец задумался - что может девица так долго делать в уборной? Уж нет ли тут какой ереси и богомерзкого колдовства, с которым он боролся, по мере сил, но все отчетливее чувствовал, что проигрывает бой?
Чаще и чаще он думал о братьях-экзорцистах и о святой обители, в которой проводили дознание и очищали души грешников огнем. Но потом вспоминал доброе к себе отношение владетельницы замка и леди Хельги и прятал написанное уже письмо обратно в шкатулку с документами.
Но о нравственности обитателей и о спасении их душ он радел, не переставая, почти не оставляя себе времени на сон и отдых. Обследовал закутки, выискивал беспутников-кернов с дамами и читал им проповедь, пока не просветлеют и не опомнятся, отвратясь от блуда. Думал даже завести себе кошечку, но не решился. Если уж Годрик льва в циркусе выкупать не стал, то где тут кошечке обычной выжить?!
И все же, забота о чести Розиты Гриффиндор тревожила его все сильнее. Ведь явно происходило что-то странное.
Открыв же тайну, священник поспешил к брату неразумной девицы:
- А я стучал, сын мой! А мне никто не ответил. Вознеся молитву громко и троекратно, но также не услышав ответа, я зашел. А там и нет никого! А посещает она комнату дамскую часто.
На третье утро после этого разговора Годрик и Салазар были очень недовольны друг другом.
А Розита была недовольна старикашкой, сующим свой нос в чужие вопросы.
В дамской комнате, за искусным умывальничком, скрытый чарами и паролем, оказался спуск в подвалы замка. Прямиком в палаты Слизерина. Салазар устроил этот тайный проход специально для свиданий с Розитой. "Ах, как романтично!"
Что может быть страшнее обиженной женщины?
Через месяц старый священник, поджав губы, собирал вещи.
Да он, в принципе, давно собирался уйти! Вся эта магия, доспехи живые, горгульи, святой воды не боящиеся, блудливые керны... Ну и оставайтесь тут, во веки веков!
Обернувшись на тропинке к деревне, старик благословил школу и побрел прочь.
От замка за ним бежал Юл с котомкой и сапогами на палке, перекинутой через плечо. Юл - хороший мальчик. И станет добрым монахом. Единственный у него грех - чревоугодие. Вон какой тучный!